Несмотря на то, что ряд государств-членов ЕС, включая нынешнего Председателя Совета ЕС, стремились к диалогу и контактам с Турцией после саммита ЕС, состоявшегося 1-2 октября, позитивная повестка дня в отношениях между Турцией и ЕС пока не может быть создана. Это связано с узкими политическими расчетами очень немногих стран. Таким образом, ЕС не смог прекратить поиски ограничительных мер, которые не имеють какой-либо пользы.

Выдвижение максималистских требований и несправедливая политика через злоупотребление членской солидарностью и правом вето со стороны некоторых государств-членов поставило отношения Турция-ЕС в порочный круг. Эта ситуация наносит вред общим интересам Турции и ЕС, а также миру, безопасности и стабильности в нашем регионе.

Мы отвергаем предвзятый и незаконный подход, который вынужденно был быть принят в результатах Совета ЕС от 10 декабря 2020 года, в частности, по Кипру, Восточному Средиземноморью, Эгейскому региону и региональным вопросам. Фактически, мы понимаем, что большинство членов ЕС не согласны с этими выводами, которые принимаются на основе солидарности и давления с применением права вето.

Турция, в интересах региональной стабильности, всегда выражала готовность начать, без каких-либо предварительных условий, пробные переговоры с Грецией, несмотря на ее провокационные шаги.

С 2004 года Турция и ТРСК демонстрируют усилия доброй воли, направленные на то, чтобы сделать запасы углеводородов в регионе Восточного Средиземноморья фактором стабильности, который в настоящее время является фактором напряженности. Именно они выступили с конструктивными и позитивными инициативами.

ЕС опять в своем решении сделал вид, что не существует совладельца острова Кипр — турок-киприотов и их воли, и обрек их на волю Греческой администрации Южного Кипра в вопросах кипрской проблемы и закрытого квартала Мараш. Теперь ЕС должен отказаться от такого отношения, препятствующего справедливому, прочному и устойчивому урегулированию кипрского вопроса с учетом реалий на острове.

Наиболее реальным выходом из этой ситуации является то, что киприоты-греки порой собираются вместе с турками-киприотами и начинают обсуждать вопрос о запасах углеводородов в Восточном Средиземноморье и распределении доходов, а также предпринимать конкретные шаги в направлении урегулирования. По сути дела, региональная конференция по Восточному Средиземноморью является в этом отношении хорошей возможностью. Турция будет и впредь решительно защищать законные права Турции и ТРСК в Восточном Средиземноморье.

Отторгнутые Грецией в Эгейское море беженцы и включение FRONTEX в эти действия позорны. Нельзя говорить о сотрудничестве по ответственному управлению миграционными потоками, если не положить конец этим нарушениям, представляющим собой серьезное нарушение прав человека и серьезно осуждаемым международным общественным мнением, а также массовым депортациям. ЕС должен проявлять чуткость в отношении управления миграционными потоками не по отношению к Турции, а конкретно к Греции, которая систематизировала бесчеловечное обращение с беженцами.

У нас есть общая заинтересованность в скорейшем начале работы, без каких бы то ни было предварительных условий, по возобновлению заявления Турции-ЕС от 18 марта. Это также послужит преодолению общих проблем, с которыми мы сталкиваемся в Европе и за ее пределами.

Как всегда указывала Турция, ЕС должен взять на себя роль честного посредника, действовать, руководствуясь здравым смыслом, принципиально и стратегически.